IV. В​​​​​​​ТОРИЧНАЯ ПРОФИЛАКТИКА

4.4.3. Обучение пациентов с неалкогольной жировой болезнью печени основам здорового рационального питания с целью коррекции массы тела. Внедрение методики кратких мотивационных интервью с целью повышения приверженности пациентов с неалкогольной жировой болезнью печени рекомендация по модификации образа жизни

В настоящее время НАЖБП признана самым распространенным хроническим заболеванием печени. Модификация образа жизни посредством снижения массы тела и увеличения физической активности и на сегодняшний день остается основополагающим условием для замедления прогрессирования заболевания, улучшения гистологической картины в печени и оптимизации прогноза пациентов. Однако, часть больных отмечает повышенную утомляемость, снижение фона настроения и отсутствие мотивации, что может стать препятствием на пути к снижению массы тела, расширению физической активности и мешать сохранению достигнутых результатов. По оценкам ВОЗ, 3,8% лиц во всем мире страдают депрессией [1]. Можно предположить, что депрессия не только снижает качество жизни данной группы пациентов, но и негативно влияет на приверженность рекомендациям по изменению образа жизни.

В последние годы получено достаточно большое количество данных, свидетельствующих о наличии взаимосвязи между НАЖБП и нарушением функций центральной нервной системы, в том числе деменцией, когнитивными нарушениями, болезнью Альцгеймера, тревогой и депрессией. В недавнем мета-анализе и систематическом обзоре было показано, что общая распространенность депрессии среди 2 041 752 пациентов с НАЖБП составила у пациентов с простым стеатозом 18,21%, у пациентов с гистологически подтвержденной НАЖБП – 22,68%, а у пациентов с неалкогольным стеатогепатитом – 40,68%. В результате анализа данных авторам удалось выделить следующие особенности: 1) основными факторами риска развития депрессии являются женский пол, СД 2, индекс массы тела, курение, БОД в анамнезе; 2) пациенты с неалкогольным стеатогепатитом имеют более высокий риск развития депрессии [2].

Учитывая высокую распространенность депрессии среди пациентов c НАЖБП, можно предположить, что она, по крайней мере, отчасти может служить причиной сниженной мотивации и низкой приверженности пациентов рекомендациям по изменению пищевого поведения, по снижению массы тела и расширению физической активности. Готовность к изменению образа жизни у пациентов с НАЖБП и избыточной массой тела или ожирением оценивается как недостаточная/низкая. Этот факт нашел отражение в результатах исследования, согласно которым только 10% пациентов с НАЖБП и избыточной массой тела или ожирением активно работали над изменением образа жизни или готовились к подобным изменениям через 6 месяцев после консультирования врача [3].

Одним из способов преодоления данной проблемы может служить использование принципов и техники мотивационного интервью. Элементы мотивационного интервью включаются в беседу врача с пациентов для стимулирования формирования терапевтического альянса и получения максимально возможного количества информации, которое пациент предоставляет в процессе сотрудничества с врачом [4]. Этому важно уделять внимание еще и потому что прогноз результата лечения придает неопределенность субъективный и весьма лабильный фактор мотивации пациента на лечение, зависящий от множества разнообразных значимых для пациента обстоятельств.

Список литературы

1. WHO. Depression. Fact sheet N° 369. October 2012.
2. Xiao J. et al. Is Fatty Liver Associated With Depression? A Meta-Analysis and Systematic Review on the Prevalence, Risk Factors, and Outcomes of Depression and Non-alcoholic Fatty Liver Disease. Frontiers in Medicine, vol. 8. Frontiers Media S.A., 30, 2021. doi:10.3389/fmed.2021.691696.
3. Stewart K.E., Haller D.L., Sargeant C., Levenson J.L., Puri P., and Sanyal A.J. Readiness for behaviour change in non-alcoholic fatty liver disease: Implications for multidisciplinary care models, Liver International, vol. 35, no. 3, pp. 936–943, 2015, doi:10.1111/liv.12483.
4. Lundahl B., Burke B.L. The effectiveness and applicability of motivational interviewing: a practice-friendly review of four meta-analyses. J Clin Psychol. 2009;65(11):1232-45. doi:10.1002/jclp.20638.

4.4.4. Использование кратких опросников с целью выявления тревоги, депрессии, оценки качества жизни пациентов с хроническими неинфекционными заболеваниями в клинике внутренних болезней. Выявление психосоциальных факторов, способных влиять на приверженность пациентов рекомендациям врача и течение заболевания

Депрессия относится к числу наиболее часто встречаемых психических расстройств и ее распространенность соотносима с наиболее тяжелыми соматическими заболеваниями. Кроме того, депрессия входит в пятерку основных заболеваний, приводящих к потере «активных» лет жизни (years lost due to disability [YLDs]), то есть лет жизни, потерянных вследствие проблем со здоровьем [1]. По данным исследования ЭССЕ-РФ, в Российской Федерации распространенность синдрома тревоги составляет 46,3%, синдрома депрессии – 25,6% [2]. По прогнозам экспертов ВОЗ, к 2020 г. депрессия займет второе место в качестве причин потери трудоспособности и смерти населения [3].

В большинстве исследований, систематических обзорах и метаанализах приводятся согласованные данные о том, что депрессия является независимым фактором риска развития ХНИЗ [4]. Так, E. Atlantis и соавторы [5] в недавнем метаанализе сделали заключение, что клинически выраженная депрессия и тревожность на 43% увеличивают риск развития ХОБЛ. По данным метаанализа проспективных исследований, депрессия на 60% увеличивает шанс развития СД 2 [6], повышает риск развития ишемической болезни сердца [7] и артериальной гипертонии [8].

Несмотря на значимость проблемы, в большинстве случаев диагностике и лечению депрессии и тревоги уделяется недостаточно внимания. В то же время, активное выявление и своевременная коррекция нервно-психических расстройств может снизить риск развития ХНИЗ (за счет влияние на модифицируемые факторы риска), существенно улучшить результаты лечения основного заболевания и прогноз пациента [9].

Список литературы

1. T. Vos et al., Years lived with disability (YLDs) for 1160 sequelae of 289 diseases and injuries 1990-2010: A systematic analysis for the Global Burden of Disease Study 2010. The Lancet, vol. 380, no. 9859, pp. 2163-2196, 2012, doi:10.1016/S0140-6736(12)61729-2.
2. Шальнова С.А., Евстифеева С.Е., Деев А.Д., Артамонова Г.В., Гатагонова Т.М., Дупляков Д.В., Ефанов А.Ю., Жернакова Ю.В., Конради А.О., Либис Р.А., Минакова А.В., Негода С.В., Ощепкова Е.В., Романчук С.А., Ротарь О.П.,Трубачева И.А., Шляхто Е.В., Бойцов С.А. Распространенность тревоги и депрессии в различных регионах Российской Федерации и ее ассоциациис социально-демографическими факторами (по данным исследования ЭССЕ-РФ).Терапевтический архив. 2014. – № 12. – С. 52-59.
3. WHO. Depression. Fact sheet № 369. October 2012.
4. Katon W.J. Epidemiology and treatment of depression in patients with chronic medical illness. Dialogues Clin Neurosci 2011; 13 (1): 7-23.
5. Atlantis E., Fahey P., Cochrane B., Smith S. Bidirectional associations between clinically relevant depression or anxiety and chronic obstructive pulmonary disease (COPD): a systematic review and meta-analysis. Chest 2013; 144: 766-777..
6. Rotella F., Mannucci E. Depression as a risk factor for diabetes: a meta-analysis of longitudinal studies. J Clin Psychiatry 2013; 74 (1): 31-37.
7. Rugulies R. Depression as a predictor for coronary heart disease. A review and meta-analysis. Am J Prev Med 2002; 23 (1): 51-61.
8. Patten S.B., Williams J.V., Lavorato D.H. et al. Major depression as a risk factor for high blood pressure: epidemiologic evidence from a national longitudinal study.J Psychosom Med 2009; 71 (3): 273-279.
9. Stein D.J., Benjet C., Gureje O., Lund C., Scott K.M., Poznyak V. et al. Integrating mental health with other non-communicable diseases BMJ 2019; 364 :l295. doi:10.1136/bmj.l295.